ОТТ глазами Аскара Туганбаева

E-mail Печать PDF
Аскар Туганбаев — человек известный в мире телевидения и интернета. Википедия представляет его как медиа-эксперта, интернет-продюсера, предпринимателя, бизнес-ангела и популярного блогера, создателя проектов Rutube.ru и VideoMore.ru, генерального директора Ассоциации "Интернет-видео", а в прошлом — телеведущего и журналиста. С кем же и поговорить о таком мощном тренде, как ОТТ , как не с ним! Поделиться с обозревателем "Кабельщика" Юрием Курочкиным своими оценками ситуации Аскар охотно согласился.

Кабельщик: Аскар, давайте начнем с того, что же такое ОТТ?

Аскар Туганбаев: Фактически ОТТ — это новый браузер, практически бестекстовый браузер медиа-пространства. Он более массовый, чем обычный Web-браузер, ориентирован на большой экран телевизора и, соответственно, у него другие законы интерфейса, другой объем аудитории и другой способ интерактивного взаимодействия пользователя с видеоконтентом. Мощное подспорье в этом взаимодействии — Second Scrееn. Это еще одна новая технология, позволяющая задействовать мобильное устройство для получения дополнительной информации во время просмотра видео на основном экране, хотя напрямую эти две технологии друг с другом не связаны. В целом, ОТТ — это другой способ потребления контента, чем Web — неторопливый, более визуальный, более связанный с видео. В то же время это специфический способ доставки контента, который накладывает довольно большие ограничения на саму инфраструктуру: эту технологию должен поддерживать и оператор сети, и телевизор абонента (или другие оконечные устройства). К тому же ОТТ имеет большое политическое значение, ведь основная и самая интересная особенность этой технологии состоит в том, что это способ прямого трансграничного доступа к аудитории. Если телевещание как таковое ограничено у нас целым рядом законодательных актов, а также инфраструктурно — сетью распространения РТРС и ФГУП "Космическая связь", то ОТТ, если ее никак не контролировать и не регулировать, позволяет иностранным игрокам свободно выходить на наш рынок. С этим связаны как политические (что для нас не столь важно), так и контентные риски. Сейчас наши авторы, производящие видеоконтент, довольно хорошо защищены на российском рынке: доля отечественной продукции на онлайн видеопорталах составляет у нас 45%, а в Европе в среднем 5-10%, потому что там довлеют американские мейджоры и крупные международные игроки. Если ОТТ будет развиваться анархично и будет отдана на откуп производителям оборудования, то мы скоро тоже приблизимся к этой цифре и наших авторов просто вытеснят с рынка богатые зарубежные компании.

 

К.: Картина впечатляющая. Теперь, может быть, стоит сказать несколько слов об истории ОТТ как технологии?

А.Туганбаев: Еще в советские времена выпускались компьютеры, которые вместо монитора подключались к телевизорам, — БК, "Микроша" и т.д. Выхода в интернет они, конечно не имели, но выявили много проблем, связанных с получением текстовой информации через телевизор: к примеру, читать текст на стандартном телевизоре было очень тяжело. А в 90-е годы, когда компьютеры еще были очень дорогими, появились энтузиасты, которые предложили: "Давайте сделаем приставку к телевизору, чтобы у нас и в телевизоре был интернет". Появилось Web TV, но на аналоговом телеэкране читать текст было почти невозможно, можно было в основном лишь играть в игры, и революции не произошло — все эти проекты забылись. Сегодняшние технологии Smart TV и ОТТ — это дальние потомки того Web TV, которое было в 90-е годы. Материнская плата переместилась теперь внутрь телевизора, но в принципе это то же самое. Сейчас создатели телевизоров соревнуются, встраивая в них все более разнообразную начинку и используя собственные операционные системы, несовместимые друг с другом и с применяемыми в компьютерах. Разработчикам приложений для Smart TV приходится делать для каждого вендора свою версию, к тому же конкурирующие платформы каждый год обновляются, и приложения приходится переписывать. Все это тормозит рынок, мешает развитию, но как только появится некий единый стандарт (если он появится), в развитии технологии произойдет взрывной рост.
С другой стороны, параллельно развивается идея мобильного телефона в качестве приставки к телевизору. Ряд производителей уже выпускают крэдлы (cradle) — маленькие подставки, куда вставляется ваш телефон и фактически превращается в телевизионную приставку, сет-топ-бокс. И тогда уже не возникает никаких проблем с программным обеспечением, оно платформенное — либо от Google, либо от Apple. Недорогая приставка Apple TV позволяет воспроизводить на большом телеэкране видео, интернет и вообще любые приложения с любого Apple-устройства. И это тоже некий вариант ОТТ, с особым способом доставки контента — через мобильные сети или какой-то сторонний Wi-Fi. А в классическом понимании ОТТ — это доставка видеосигнала по широкополосным телевизионным сетям...

 

К.: Почему именно по телевизионным?

А.Туганбаев: Технология ОТТ пришла из Америки, а там — самые крупные кабельные сети (им уступает даже эфирное телевидение), и там же начались попытки расширить функционал кабельного оператора. Сначала появилась идея Triple Play: предоставлять по одному кабелю телевидение, интернет и голосовые коммуникации. Потом пошли еще дальше. Собственно, ОТТ — это новый кабельный сервис, который коренным образом отличается от других отсутствием гарантированного качества QoS (Quality of Service). Если для доставки стандартного телесигнала MPEG-2 нужно от 2,5 до 4,5 Мбит/с, а для более качественного HD 6–10 Мбит/с, то ОТТ передается поверх основного телевизионного сигнала и использует остающуюся часть полосы. И если основной сигнал потребляет слишком много полосы, в канале ОТТ изображение может рассыпаться на квадраты или автоматически перестраиваться на более низкое качество, и поэтому телевизионщики часто относятся к ОТТ пренебрежительно. Однако в этой "остаточной" полосе спрятаны большие деньги, и вопрос в том, кто сумеет их извлечь, кто будет получать процент от транзакций, которые будут осуществляться в этом оставшемся для ОТТ пространстве.
Поясню подробнее: обычные телевизионные пакеты каналов, а также VoD-сервисы, довольно сильно лимитированы по ARPU, т.е. по количеству денег, которые можно получать в расчете на абонента. Это подписка плюс плата за просмотр каких-то единиц контента, если абонент покупает платный контент. И житель пригорода и миллионер платят одинаково, и возможности просмотра ТВ у них примерно одинаково лимитированы, поскольку в сутках всего 24 часа. Даже при большой абонентской базе на этом много не заработаешь. Другое дело, если человек будет через ОТТ покупать товары и участвовать в интерактивных сервисах: делать ставки на спортивных соревнованиях, играть в онлайн игры и т.д. Кто же будет получать от этого доход? Производители телевизоров, такие как Samsung или LG, тоже на него претендуют: создают свои магазины приложений и хотят зарабатывать не только на продаже своих телевизоров, но и на транзакциях. Связисты, которые прокладывают канал связи, тоже хотят получить свою часть, операторы сетей, предоставляющих "последнюю милю" для доступа к телевизору, — тоже. Не говоря уже о производителях контента, медийщиках...

 

К.: В таких случаях часто спрашивают: "А связистам-то за что? Они и так получают за аренду волоконных линий".

А.Туганбаев: А связисты, выступая на конференциях, говорят медийщикам: "Да вы вообще плесень на наших проводах!".
Кстати, если внимательно почитать стратегию "Ростелекома", опубликованную в декабре 2013 года (она доступна на сайте "Ростелекома"), то хорошо видно, что у них останавливается рост ARPU по услугам связи и теперь они намерены развиваться в сторону VoD, ОТТ и других платных сервисов поверх коммуникационных задач. Поэтому они создают свой поисково-информационный портал sputnik.ru, поэтому наняли специалистов по Big Data (большие данные, — примечание автора).
У связистов есть огромное преимущество — они видят картину в целом, видят большую аудиторию и умеют идентифицировать поведение пользователя не только перед телевизионным экраном, но и в интернете. Если через одну и ту же розетку пользователь зашел со своего компьютера в интернет, посетил какое-то количество сайтов, покликал какие-то баннеры, заказал товары, а потом сел к телевизору, то связист—оператор продолжает знать про него все, в отличие от того же телевизионного кабельного оператора, для которого это просто "еще одни глаза, которые смотрят Discovery", и все. А связисты, в том числе при помощи технологии DPI (Deep Packet Inspection — глубокое исследование пакетов), видят весь трафик, расшифровывают его и понимают, кто сейчас смотрит телевизор.

 

К.: Для "большого брата" это очень ценно.

А.Туганбаев: Безусловно. Но тут у "большого брата" возникают свои сложности, когда дело касается торрентов, TOR-сервисов, VPN и т.д., не зря же в прошлом году появилась инициатива ФСБ о запрете неконтролируемых потоков в рунете — ее депутат Вадим Деньгин продвигает. А недавно появилось объявление МВД о тендере на разработку технологии вскрытия сведений о пользователях TORа. Но Big Data интересны не только "большому брату" — это некое наше общее ближайшее будущее, как говорят — Data is the new oil, т.е. "Данные — это новая нефть". Знаете ли вы, что крупнейшие в мире порносайты основные деньги зарабатывают не на платном контенте, а именно на продаже Big Data? И, например, у крупнейшего порносайта в Америке один из главных клиентов — это министерство здравоохранения США. Получая данные о сексуальных предпочтениях граждан США, оно корректирует свои государственные программы по развитию безопасного секса, противодействию заболеваниям, раннему подростковому созреванию и т.д. Они получают огромные массивы данных и платят за них порносайтам десятки миллионов долларов. И государство, и многие частные компании очень хотят мониторить предпочтения тех или иных групп населения: кто какие напитки потребляет, кто какие сигареты курит, на каких машинах ездит... Досматривают ли люди телевизионную рекламу, как на нее реагируют... Это огромное поле деятельности, и ОТТ-сервисы могут стать важным источником получения таких данных.

Кабельщик: Аскар, я так понял, что для вас ОТТ всегда включает в себя интерактивность?

Аскар Туганбаев: Даже в простейшем случае, когда человек смотрит видео по запросу, он осуществляет хотя бы выбор контента из каталога. С этим связаны проблемы: когда смотришь телевизор, сидя на диване, клавиатурой и мышью пользоваться неудобно. Поэтому сейчас появляются новые интерфейсы — распознавание жестов, голосовое управление и т. п. Сейчас идет битва интерфейсов, и уже есть хорошие достижения в области управления жестами.

К.: Пользователь может получить видеоконтент и в интернете, и по эфирной трансляции, и у кабельного оператора... Какое место занимает ОТТ в общем спектре средств доступа к видеоконтенту?

А.Туганбаев: ОТТ — один из самых удобных способов получения видео, т.к. совмещает в себе интерактивность, возможность выбора и качество большого экрана. Кроме того, это очень перспективная технология, позволяющая учесть интересы всех игроков рынка. Скажем, если оператор "последней мили" просто предоставит пользователю Smart TV доступ к интернету, то он ничего с этого не получит. Его провода будут работать, он будет чинить свои роутеры после каждой грозы, будет поддерживать инфраструктуру, но монетизировать это особенно не сможет — ну, разве что по "весу" контента или за счет привлечения новых пользователей.
Перспектива ОТТ заключается в том, что должны появиться сервисы, построенные на партнерстве с оператором "последний мили". Сегодня хозяева обычного телеканала, который вещает через РТРС или ФГУП "Космическая связь", либо инвестируют средства в закупку лицензионного контента у мейджоров, либо в собственное производство, собирают телеканал и организуют его вещание для абонента. Оператор "последней мили" получает оплату за доставку каждого канала (правда, некоторым особо популярным каналам он сам платит за контент), а владельцы канала компенсируют свои затраты доходами от рекламы. Кстати, отсюда и недовольство новым законом о запрете рекламы на платных каналах. Этот закон очень сильно меняет ситуацию на рынке, и если он будет действовать хотя бы год, то станет мощным импульсом для перехода платных каналов на ОТТ. Владельцы канала, которым реклама приносила 30-40% доходов, могут просто отказаться от статуса телеканала, чтобы не потерять эти деньги. Они скажут, к примеру: "Ок, мы теперь сайт "Охота и рыбалка.ru", и через ОТТ вещаем свои программы на телевизор". Это может очень сильно изменить рынок, может произойти взрывной рост и ОТТ, и других new media.

К.: Какую же модель организации ОТТ-вещания вы считаете перспективной?

А.Туганбаев: Ту, которая позволяет зарабатывать местному оператору "последний мили". Мне это видится так: создается централизованный игрок, онлайн-видеосервис, который агрегирует контент, заключает партнерские отношения с операторами "последней мили" по всей стране и устанавливает на их головные станции специальное программное обеспечение. Подключаясь к единому центру по стандартному интерфейсу API, ПО забирает оттуда лицензионный контент, на головной станции упаковывает в обертку оператора и выдает на сет-топ-боксы и Smart TV уже под брендом оператора. То есть оператор кабельного телевидения, IPTV или ОТТ в регионе может к своему обычному пакету телеканалов добавить еще сертифицированный легальный набор видеосервисов, который агрегирован и лицензирован где-то в центре. И начнет получать отчисления во всех случаях, когда пользователь купит платную единицу контента. И при этом оператору не надо заморачиваться с лицензированием¬ ¬— он просто подписывает договор и предоставляет абонентам доступ к услуге центрального оператора. Это очень эффективная модель некоего телевидения будущего — компромисс между анархичной видеопомойкой в интернете, где просто выложены видеоматериалы и кто как может оттуда их забирает, и ограниченностью возможностей кабельного оператора, который пытается сам делать VoD сервисы, хотя для него это дорогое и не очень профильное занятие. Поэтому я жду появления такого партнерского сервиса. Такие работы ведутся, и уже есть игроки, которые стараются из онлайн-видео перейти на модель ОТТ.
Такая система, построенная на партнерстве операторов "последней мили" и некоего лицензионного центра и подконтрольная лицензирующим органам, могла бы уберечь нас и от неконтролируемого вторжения западного контента на наш рынок. Это некий компромисс между полным закрытием "железного занавеса" для зарубежных мейджоров и бесконтрольным анархичным доступом иностранных игроков на наши рынки.

К.: Наверное, это внесло бы некий порядок и в вопросы налогообложения?

А.Туганбаев: Всем памятна скандальная история с Google в Великобритании. Компания собирает деньги за свои услуги со всей страны, а налоги платит в Ирландии, где находится ее штаб-квартира и где ставка налога существенно меньше. В принципе ОТТ позволяет делать то же самое и на территории России. Это не очень хорошо, это не рыночная ситуация, и упомянутая выше модель позволяет добиться более справедливого распределения доходов.

К.: Как развивается ОТТ у нас, в России?

А.Туганбаев: У нас происходит стихийная революция. Я общался со многими операторами в регионах — в Новосибирске, Екатеринбурге и т.д. Они по своей инициативе начинают замену оборудования и устанавливают современные головные станции — либо лицензионные европейские и американские, либо китайские дешевые, которые сами настраивают. У них довольно много пиратского контента, но эту проблему можно постепенно решить. Главное, что на базе кабельных или домовых сетей образуются маленькие царства из нескольких тысяч или десятков тысяч абонентов, и операторы думают, как им на этом зарабатывать. Ездят на выставки, покупают себе за 20-30 тысяч долларов современную серверную стойку, а с ней в пакете поставляются всевозможные дополнительные сервисы: онлайн видео, video on demand, скачивание с онлайн-кинотеатров, какие-то видео-трансляции каналов интернет-телевидения... И они начинают со всем этим экспериментировать.
Получается интересный эффект: когда РТРС приходит в регионы и предлагает подключать к мультиплексам местных операторов, те отвечают, что "мы уже все каналы получили напрямую через интернет". Или через спутник, или еще как-то, но государственная система распространения им не нужна. Государство теряет свою монополию на распространение телеканалов: интернет, ОТТ, Smart TV, IPTV образуют плоскую сетевую структуру, которая позволяет получать прямой доступ к контенту — и к телеканалам, и к лицензионному видео, в том числе иностранному. Государство в настоящий момент на шаг отстает, и ему сейчас придется срочно принимать меры: вводить лицензии на онлайн-видео, цифровые прокатные удостоверения для единиц контента и т. п. Вот недавно был большой скандал с компанией Samsung: они поставили на платформу Smart TV приложение "ВКонтакте", а там огромное количество пиратского контента! Тут же правообладатели написали коллективно обращение, и Samsung это приложение убрал. В этом, кстати, как раз преимущество закрытых платформ Smart TV: они лучше контролируются правообладателем, в отличие от контента в "ничейном" анархичном интернете. И для государства и для правообладателя платформа ОТТ интересна тем, что она управляемая, контролируемая.

К.: Давайте поговорим теперь о предпочтениях пользователей, как они меняются. Сегодня все больше людей заявляют, что не смотрят телевизор и называют его "зомбоящиком".

А.Туганбаев: Да, судя по опросам, в Москве порядка 25% населения никогда не смотрит телевизор. В России таких людей уже порядка 10%, и это большая проблема выборов 2018 и 2025 годов. Телевизор был основным средством формирования электората, но если суммарная доля первых пяти каналов в 2002 году составляла около 80% потенциальной аудитории, а в 2012 году опустилась ниже 60%, то в 2018 году, по некоторым оценкам, она может упасть ниже 40%. То есть центральные телевизионные каналы перестают контролировать аудиторию и внимание телезрителей переключается на альтернативные источники контента. Кроме того, быстро растет среднее количество телеканалов. В начале 2000-ых в России гражданину были доступны в среднем три телеканала, потом пять, а в 2018 году ожидается уже более сотни.

К.: В связи с переходом на эфирное цифровое вещание у кабельщиков возникает еще проблема: даже два мультиплекса по эфиру — это уже двадцать бесплатных каналов, и для многих абонентов этого достаточно. Как в связи с этим вы оцениваете перспективы телесмотрения?

А.Туганбаев: Телевещание и телевизионные сервисы сейчас бурно развиваются. В то же время 70% материалов, которые зрители смотрят по онлайн-кинотеатрам — это свежие телевизионные кэтч-апы (catch up) — то, что прошло по телевидению, а человек не успел посмотреть и смотрит при помощи разных сервисов. Стремительно развиваются детские сервисы: телевизор захватывает детей раньше, чем компьютер. Многого можно ожидать от развития технологий для спортивных трансляций, поскольку зритель нуждается при их просмотре в разнообразной дополнительной информации — текстовой, статистической, графической. Эту информацию можно сообщать ему прямо на экране, выделяя для нее часть картинки или размещая ее в полупрозрачном слое поверх основного изображения. У зрителя будет возможность управлять повтором интересных моментов и просмотром их с разных камер. Интересное направление — создание "дополненной реальности": компания Microsoft разработала проектор, который во время телепередачи создает дополнительные эффекты в пространстве вокруг телеэкрана — дополнительные предметы, пейзажи и т.п. Можно ожидать в скором будущем взрывного роста новых технологий.
Если говорить о специфике телеканалов, то можно отметить стремительный рост доли нишевых каналов. Люди все больше смотрят "Охоту и рыбалку", "Телевизионный дамский клуб", каналы про приключения, путешествия, моду и т.д. Нужно только не забывать, что наш телевизионный рекламный рынок полностью контролируется двумя игроками — "Газпром-Медиа" и Vi. И хотя на долю нишевых каналов приходится больше 20% телесмотрения, от рекламных денег они получают всего 2,5%. Это связано с определёнными политическими интересами, и последнее изменение законодательства тоже с этим связано. Государство держит этот рынок под контролем, оно агрегирует каналы, пытается скупать их вместе, и поэтому никакой особой вольности и анархии здесь не будет.

К.: Что делать в нынешней ситуации кабельному оператору? Что ждет его бизнес?

А.Туганбаев: У операторов есть огромное преимущество: они контролируют кошелёк пользователя. У них уже есть абонентский счёт, с которого пользователь уже привык платить, и к тому же они контролируют "последнюю милю". При подключении абонента установщик может включить VoD и другие дополнительные платные сервисы, в том числе и услуги электронных продаж e-commerce. Очень скоро будет внедрена телевизионная контекстная реклама: человек видит в сериале женщину в красивом платье, и где-нибудь в уголке экрана появляется надпись: "Хотите такое?", — и кнопка "Купить". Импульсивные покупки во время телепередач могут приносить хороший доход и создателям контента, и оператору. Основная задача — обеспечить канал обратной связи, интерактивность в общении с пользователем, и тогда оператору будет за что брать деньги с поставщиков услуг, сервисов и контента. Причем обратную связь можно осуществлять по самым разным каналам, вплоть до мобильного телефона — важно на головном устройстве привязать видеопоток к каналу обратной связи, а это делается довольно просто путем замены оборудования. Так что у кабельного оператора есть все возможности выжить — надо только вовремя ими воспользоваться.

К.: Спасибо!


Беседовал Юрий Курочкин
Разговор с Аскаром Туганбаевым был интересным и касался еще многих животрепещущих проблем развития технологий, регулирования телевещания и т. п. Редакция рассчитывает продолжить их обсуждение с Аскаром на страницах нашего портала.

Оригинал:
Обновлено 26.09.2014 18:45